- Это принесет вам удачу! Возвращайтесь с победой, благородный рыцарь! - Я позволила слезе умиления скользнуть по моей левой щеке. - Мы будем за вас молиться!

- Госпожа ведьма, я вынужден с прискорбием заметить, что ваше психическое здоровье оставляет желать лучшего! - Навара отбросил лопату, начал сдирать с шеи плетенку - видать, разозлился не на шутку.

- Погодь, погодь, лыцарь! - Вперед выступил видный рыжебородый мужик, судя по всему - староста Оранчицы. - Ты что же это, отказываешься? Детишек малых на лютую гибель обрекаешь?

- Уважаемый Годеш, при всем моем смирении и долготерпении, осмелюсь заявить, что большей чуши из уст ведьмы я не слыхал со времен посещения гадального шатра, где мне предрекли смерть в младенческом возрасте, из коего, как вы могли заметить, я благополучно вышел тридцать лет назад! В связи с чем вынужден откланяться. - Раздраженно бросил Навара и начал проталкиваться к выходу, но селяне сомкнули свои ряды, как передняя линия щитников на поле брани.

Тоскливо оглянувшись на дверной проем, Навара принял свой последний, безнадежный бой:

- Давайте мыслить логически. Если ведьма не смогла уничтожить упыря, то что могу сделать я, простой смертный?

- Все мы смертны. - Улыбнулась я. - Но вы сильный мужчина, а я слабая женщина. Вы превосходно владеете мечом, я же никогда не держала в руках ничего тяжелее ножа для резки хлеба. Колдовство? Закаленная сталь - вот лучший союзник в борьбе с нежитью. Мой удел - порча и сглазы, ваш - доблесть и слава, так давайте следовать велению судеб!

- Скажите прямо - вы струсили. - Попытался спровоцировать меня Навара.

- Я струсила. - Послушно повторила я, стыдливо опуская очи долу. - Никогда в жизни мне не было так страшно... иначе я не унизилась бы до просьб о помощи. Прошу вас, помогите! На вас вся надежда!

- А не захотит помогать - так мы его на кол! - Донесся чей-то мрачный голос из сплоченных рядов трудящихся. Староста одобрительно погладил бороду.